Il2U.RU ИЛ-2
2010-07-16

Словечко о Летучем Голландце. Дробь I - деяния

Да, у меня определенно голландский период. А может, я его всю жизнь ждала?

В интернете, конечно, на эту тему полно материалов. Скажу и я свое мурр.

Легендарные странники

Все началось с эры Великих Географических открытий. Хотя нет, началось все намного раньше - еще с Гомера, у которого Одиссей 10 лет плыл аж из Малой Азии в Грецию (по нынешним меркам смешное расстояние) с заходами на разные реальные и не очень острова и все не мог доплыть до дома. Или, может, даже еще раньше - с тех пор, как люди начали ходить в море, появились в прибрежных районах легенды о призрачных кораблях, которые давно уже обратились в прах, но все еще пытаются найти родную гавань...

Одиссей, как известно, до дома в конце концов доплыл. У греков был маленький и очень уютный мир, боги были своими ребятами и жили рядышком на Олимпе, и даже проклятье разозленной морской колдуньи не могло продержаться слишком долго. Потом мир увеличился и стал куда более страшным и неуютным, и господствующая мифология отразила этот факт: теперь у человека вообще не было дома на Земле, он оказался странником, временным гостем, зарабатывающим при жизни право на получение дома после смерти. Конечно, неизбежно появилась легенда о персонаже, отличившемся так, что ему в этом праве было вообще отказано. Хотя корни истории Вечного Жида, несомненно, языческие (непохоже на Христа ТАК обижаться на неуверовавшего, а вот с мстительного языческого бога станется), все же в ней отражается аспект христианской философии - жизнь есть странствие, в конце которого человек наконец обретает дом, а значит, бессмертие есть страшное наказание.

Потом пришло Возрождение, которое, конечно, не отменило христианства, но выкинуло на историческую свалку духовный аскетизм Средневековья; да, истинный дом по-прежнему оставался за гранью жизни, но и непосредственно в ней можно стало найти и дом, и радость, и самоценные свершения. Воспряло в людских душах древнее дерзание, выдержанное и закаленное в средневековом аскетизме, и сразу стало тесно на древних землях, и люди, развернув крылья-паруса, снова принялись расширять свой мир.

А мир оказался совсем не бесконечным и не таким уж большим: в самом начале шестнадцатого века понадобилось всего-то три года, чтобы обойти его кругом. И хотя оставалось еще множество неисследованных земель (эпоха Великих Географических открытий была в самом разгаре), уже стало ясно, что достижение "края света" - задача отнюдь не сказочная, как казалось древним грекам, а вполне посильная прямо сейчас. А вечный человеческий практицизм обратил эту хорошую новость к государственным, политическим и экономическим интересам: началась эпоха колонизации.

Испанцы и голландцы

Первой крупной колониальной империей была испанская. Это понятно - испанцы первыми наложили лапу на американские земли, разграбили Мексику и Перу и захватили неимоверные по тем понятиям количества золота, что дало возможность снаряжать армию и флот на захват новых земель. В середине шестнадцатого века Испания была самым могущественным государством Европы. Но этот колосс оказался стоящим на глиняных ногах: уже в 1588 году при попытке захватить Англию была вдребезги разбита "Непобедимая армада", и звезда испанской империи стала клониться к закату.

Почуяв слабину метрополии, подняла восстание маленькая северная испанская колония Голландия. Это восстание вылилось в революцию, длившуюся целых 80 лет (Восьмидесятилетняя война) и закончилось победой голландцев: была признана независимая Республика Соединенных Провинций. Но для длительной войны со все еще могущественной Испанией требовались деньги, много денег, а достать их можно было только в колониях. Параллельно с войной голландцы очень активно занимались заморской торговлей, исследованием и колонизацией новых земель. В самом начале семнадцатого века было основано первое крупное голландское колониально-торговое предприятие - Голландская Ост-Индская компания, которому правительство Голландии предоставило монополию на торговлю в Азии. Это была первая в мире акционерная компания и первая мультинациональная корпорация. Просуществовала она до конца восемнадцатого века и успела крепко войти в историю.  Отличилась, в частности, основанием городов Батавия (ныне Джакарта) и Кейптаун, а также открытием Гудзонова залива и реки Гудзон в Америке (река Гудзон - это там, где Нью-Йорк). В конце семнадцатого века тогдашний директор компании организовал стажировку на верфях для представителей российского посольства, в состав которого входил молодой Петр I, там-то и поработавший корабельным плотником.

Флейт

В первой половине семнадцатого века Голландская Ост-Индская компания сумела монополизировать торговлю с Японией, Китаем, Цейлоном и Индонезией. Торговала она, в частности, чаем, медью, серебром, хлопком, шелком, керамикой, пряностями и... опиумом. Основным маршрутом, по которому на восток ходили голландские корабли, была линия Амстердам-Батавия, которая шла по Атлантическому океану до южной оконечности Африки, вокруг мыса Доброй Надежды и далее через Индийский океан. Для этой линии потребовалось разработать новый тип кораблей, отличавшийся высокой скоростью, грузоподъемностью, надежностью и экономичностью. Такая модель была разработана в 1595 году и называлась флейтом.

К сожалению, ни одной внятной картинки флейта я так и не сумела найти. Вот лучшее, что есть:



Флейты в гавани (рисунок XVII века). У переднего флейта снят рангоут (мачты, бушприт).

Флейты отличались исключительно длинным корпусом: отношение ширины к длине у них было от 1:4 до 1:6 (у обычных парусников 1:3), за что они и получили такое название (fluyt - узкий и длинный бокал для вина). Такие пропорции обеспечивали высокую скорость и способность ходить довольно круто к ветру. На флейтах впервые появились стеньги (удлинения мачт), что позволило каждой мачте нести два паруса вместо одного; это, в свою очередь, дало возможность при сохранении площади парусности укоротить реи и тем самым сократить количество необходимого экипажа. На флейтах также впервые был установлен штурвал, что заметно облегчило перекладывание на другой галс (а это опять же приводило к снижению количества экипажа). Каждый флейт нес по три мачты, при этом на фок-мачте и грот-мачте устанавливались прямые паруса, а на бизань-мачте косой парус; на бушприте имелся прямой парус и мог устанавливаться дополнительный косой. Флейты были пузаты, т.е. ширина трюма превышала ширину палубы - это было связано с таможенными пошлинами в портах, зависевшими по тогдашним законам от ширины палубы. На корме имелась высокая надстройка. Длина была в среднем 40 м, ширина около 7, грузоподъемность около 350 тонн, водоизмещение около 1500 тонн, численность экипажа - около 60 человек. Экономичность обеспечивалась сравнительно небольшой численностью экипажа, а также тем, что флейты стали делать из сосны: это уменьшало их долговечность в сравнении с обычными дубовыми парусниками, зато требовало существенно меньших затрат на изготовление. Заплатить за все эти преимущества пришлось заметно пониженной маневренностью и слабым вооружением: на флейте никогда не было больше полутора десятков пушек (чаще всего 10, по 5 с каждого борта, устанавливались прямо на палубе). Короче, это был идеально оптимизированный торговый корабль, совершенно бессмысленный в качестве боевого; во время военных действий флейты использовались как транспортные корабли.

Флейт был первым кораблем, изготавливавшимся по типовому проекту, хотя конструкция была достаточно гибкой и позволяла легко вносить изменения и проводить модернизацию. Флейт также был первым в мире чисто торговым кораблем, который никогда не рассматривался в качестве боевой единицы. Сейчас этот тип парусников почти забыт, его название не помнит никто, кроме историков флота, хотя всякие бриги, бригантины, корветы и прочие каравеллы вполне на слуху (хотя многие ли современные люди отличат каравеллу от корвета?) А когда-то (в семнадцатом веке) флейты главенствовали на море.

Одним из капитанов, водивших флейты по линии Амстердам-Батавия, был Бернард Фокке, фриз по происхождению. Этот деятель палубы и паруса отличился тем, что ухитрялся плавать туда-сюда с неимоверной по тем временам скоростью. Однажды он умудрился дойти от Амстердама до Батавии за три месяца - результат, к которому с уважением отнеслись бы и капитаны чайных клиперов девятнадцатого века. За это Фокке получил прозвище "Летучий Голландец" и подозрения в том, что он заключил договор с дьяволом, поэтому у него корабль так быстро и плавает.

В принципе, ничего плохого или потустороннего Фокке не совершил, хотя имеются утверждения, что свой знаменитый рекорд он установил в 1678 году, а умер в 1641 - что может быть объяснено вмешательством нечистой силы. Хотя скорее все-таки неточностью датировок.

Как вредно говорить под руку

Полоса воды вокруг Антарктиды - единственное место на Земле, где по всей широте почти нет суши (за исключением, конечно, окрестностей Северного полюса). Поэтому там всегда дуют сильные западные ветры, опоясывающие Землю и вызывающие мощные шторма (поэтому те широты называют Ревущими сороковыми и Яростными пятидесятыми). И хотя мыс Доброй Надежды находится заметно севернее Ревущих сороковых, бури дохлестывают и до него, за что открыватель мыса Бартоломеу Диаш и обозвал его изначально мысом Бурь. Кроме того, сильно приближаться к берегам Африки в тех краях чревато: тамошний берег не зря обозвали Берегом Скелетов. Поэтому парусники на линии Амстердам-Батавия получали на свою голову все прелести Ревущих Сороковых. В принципе, пройти с запада на восток (т.е. из Амстердама в Батавию) тамошние ветры только помогают, поэтому флейты с удовольствием пользовались ими. А вот обратно... можно было изрядно застрять. Поэтому легко себе представить, какие чувства вызывали у моряков мыс Доброй Надежды и необходимость плыть мимо него с востока на запад.

Кто был тот капитан, и был ли он - неизвестно. Говорят, что был он человеком упрямым, жестоким и завзятым матерщинником. В некоторых версиях легенды говорится, что он убил кого-то из своих пассажиров то ли из-за денег, то ли из-за девушки/жены. Говорят также, что был он горьким пьяницей и в тот день, когда все произошло, был опять вдребезги пьян. Точно известно только то, что было это в первой половине семнадцатого века, что корабль принадлежал Голландской Ост-Индской компании и шел из Батавии в Амстердам. Приблизившись к мысу Доброй Надежды, корабль, как это часто бывало в тех краях, попал в шторм, отбросивший его назад. Капитан снова повел корабль в обход мыса, и снова был отброшен. Сколько раз капитан пытался провести корабль - неизвестно, но понятно, что задержка на маршруте оборачивалась заметными потерями в доходах, поэтому миновать тяжелый участок как можно быстрее было крайне важно. Снова и снова пытался упрямый капитан обогнуть мыс, но все никак не получалось. Когда он, крайне раздосадованный, попытался в очередной раз провести корабль, налетел особенно сильный шторм. Усталая команда предложила зайти в знакомый залив на восточном берегу Африки, чтобы отстояться и переждать бурю; и это было тем, что называется классическим "ляпнули под руку". Уже и без того взбешенный, капитан послал благоразумных советчиков на три веселых буквы (или куда там посылали тогдашние капитаны) и поклялся, что обогнет *** мыс, даже если ему придется плыть до второго пришествия.

Собственно, это все, что имеется в базовой версии легенды, или что из нее можно вычислить с учетом реальных обстоятельств. Действительно ли неуравновешенный капитан добавил к своей клятве забубенное богохульство, от которого небеса вздрогнули, или хватило неосмотрительной вышеприведенной формулировки - неизвестно. Неизвестно, спускался ли на палубу ангел, в которого капитан с переляку пытался выстрелить из пистолета, или все обошлось голосом сверху. Неизвестно также, обогнул ли он в конечном итоге проблемный мыс, или до сих пор пытается его обогнуть. Известно только, что был с тех пор тот корабль отправлен делать как раз то, что пообещал в своей клятве капитан, а именно плавать по морям до второго пришествия. То есть капитану (и, видимо, команде) было выдано бессмертие, кораблю - непотопляемость, зато причалить к суше этот корабль с тех пор в принципе не может.

Говорят, что те, кто увидел в море проклятый корабль, обязательно попадут в кораблекрушение. Озаренный огнями святого Эльма, он всегда идет под всеми парусами; в штиль его паруса надуты, словно для него одного дует попутный ветер, а в шторм их не зарифливают, и ничего им не делается. Говорят также, что иногда при встрече с другим судном экипаж корабля просит отправить письма своим родным, которые, конечно, давно умерли; и нужно обязательно прибить эти письма к фок-мачте, а иначе будет беда. Говорят также, что избежать кораблекрушения помогает наличие Библии на борту судна или подковы, прибитой к мачте.

Примерно так выглядела легенда, возникшая во второй половине семнадцатого века. А поскольку еще не забылся Бернард Фокке, которого подозревали в связях с неестественным, то образ его как-то наложился на образ проклятого капитана, к которому (а также к его кораблю) и перешло прозвище Фокке - Летучий Голландец.

Вот почему я так подробно рассказала про флейты. "Летучий Голландец" считали бригом или каравеллой, фрегатом или шхуной, но в действительности с вероятностью 99,99% он был флейтом. Так что если вы увидите в море призрачный корабль, непохожий на флейт (например, с тремя парусами на каждой мачте, или с косыми парусами на фок- и грот-мачтах, или двухмачтовик, или не имеющий характерных обводов и высокой надстройки на юте) - не пугайтесь. Это не "Летучий Голландец".

Легенда и реальность

Впоследствии легенда о "Летучем Голландце" оказалась связанной с довольно частыми случаями обнаружения в море кораблей, оставленных экипажем (или с мертвым экипажем). Подобные корабли поначалу очень пугали, потом, в общем, к ним немного привыкли, а в эпоху перехода на пароходы весь океан был полон заброшенных парусников, которые откровенно мешали навигации и которые специально топили. Впрочем, брошенные корабли или корабли с погибшим экипажем встречаются и в наши дни. Ученые предполагают, что это эффект "голоса моря" - инфразвуковых колебаний, приходящих из океана, с характерной частотой в районе 7-8 герц. Если подобный инфразвук не слишком силен, он заставляет команду броситься в море от ужаса; если достаточно силен - просто убивает. Но хотя подобные корабли традиционно называют "Летучими Голландцами", на самом деле к "Летучему Голландцу" как таковому они не имеют никакого отношения: они вполне материальны и прекрасно пристают к берегу (некоторые из них были отремонтированы, заново экипированы и отправлены плавать дальше).

А между тем "Летучий Голландец" продолжал пугать моряков. В 1880 году с корабля, на котором находились английские принцы Альберт-Виктор и Георг (будущий король Георг V), плывшего вдоль берегов Австралии между Мельбурном и Сиднеем, заметили призрачное судно. Правда, корабль с принцами ко дну не пошел, но вестовой, первым увидевший призрака, на следующий день погиб. В последний раз "Летучего Голландца" видели в 1942 году с южного берега Африки. Точнее, конечно, с кораблей его могли видеть и позже, но уже никому не рассказали... Как правило, эти видения объясняются с помощью механизма миражей.

Продолжение следует.


 

 

Самое читаемое





 
Copyright © 2010
IL2U.RU